Початкова сторінка

Прадідівська слава

Українські пам’ятки

Змагатимеш до посилення сили, слави, багатства і простору Української держави

Богдан Хмельницький

?

1914 г. Дворцы и церкви Юга

VIII. В глуши

Между Почепом и Ляличами, былыми культурными оазисами глухого края, находится усадьба «Ивайтенки» графа Гудовича, когда-то пользовавшаяся известностю и славившаяся своей затейливостью и благоустройством. Фон-Гун, бывший в Ивайтенках в начале 19 века, в своем описании усадьбы отмечает:

«Приметным становится благосостояние, порядок и вкус владельца тамошнего сада. С великою приятностью возвышаются позади плодоноснейших полей, засеянных гречею, молодые леса прекрасного чистого березняка; в долине близ самой дороги, где надобно ехать по насыпанной высокой плотине, видно как бы сверху озеро со множеством на нем островов, то украшенных мраморными урнами, то засаженных небольшими рощицами, группами, боскетами, клумбами и цветами. Около их плавают гордые лебеди, воспевая аркадскую песнь свою, и гуси с мыса Доброй Надежды. Чем долее идешь, тем более обнаруживаются приятности и прелести всего места, около осьми верст в окружности и двести пятьдесят десятин поверхностного содержание имеющем, все то, что только может быть украшено подражательным искусством. Она избрала себе в садовники самого владельца сего прямо швейцарского местоположевия; ибо он, как друг природы, как любитель прекрасного и возвышенного, соединяет в себе с глубоким познанием высокой вкус, дабы скромною рукою помогать только натуре и придавать ей принадлежащее по справедливости. Непрерывная разнообразность долин и гор, лесов, лугов и полей, прелестных видов и в задумчивость приводящих дорожек, водопадов, озер, разных дерев и растений северо-американских, строений различного рода и множества тому подобного доставляют страннику неутомимое упражнение.

Не должно пропустить упомянуть о прекрасном китайском домике, в саду построенном, которой в особливости производит удивление тою верностию и точностию, с каковыми все в нем сделанное занято от китайцев. Здесь привлекает на себя внимание каждая дверь, самая лестница, каждое украшение, даже замки, мебели, одним словом все, как с наружи, так и изнутри. В одной из комнат все стены обложены лакированными с золотом досками, изображающими жизнь Конфуция. В другом садовом же строенни сделана прекрасная русская баня с ванною, многими комнатами и со всеми принадлежностями. Музыка здепшяя, из шестнадцати человек состоящая и превосходно играющая, занимает также часть приятностей Ивантенских».

В настоящее время усадьба лишена описанных красот, но дом еше цел и обитаем. Широко раскинувшись «покоем» симметричный, весь двухэтажный дом своими боковыми корпусами выдвигается вперед, образуя подобие cour d’honneur'а.

Оригинальная архитектура дома носит «готическую» обработку, хотя вся она заключается в стрельчатом очертании оконных и дверных пролетов да в довольно высоком подъеме фронтонов, украшающих торцовые, выступающие части фасада дома и его среднюю часть. Обычным большим окнам в поле этих фронтонов тоже придана стрельчатая форма, В сущности, этот «готический дом» весь основан на классическом приеме, где «готические» очертания окон – классических пропорций – рисуются на строгой глади стен.

Странное впечатление производит этот дом: сурово строгая его архитектура, его расползшаяся приземистая форма, с тяжелой мрачно нахлобученной высокой крышей, дышат подлинным средневековьем. И не уютом веет от зтих мрачных стен, а чем-то аскетическим и отрешенным.

Длиннейшей анфиладой тянутся переделанные, лишенные убранства коридоры-залы, своим однообразием и тяжелой приземистостью пропорций навевающие удручающую скуку. От прежней художественной обработки комнат остался один лишь «египетский зал» с входным портиком из четырех каннелированных по-египетски колонн. Портик, плафон и стены этого коридора-залы расписаны преимущественнр набором всевозможных иероглифических знаков, изредка перемежающихся с несложной орнаментацией египетского стиля. Весь зал заставлен витринами и столами со статуями, бюстами, бронзой и многими предметами художественной индустрии, превратившими зал в какой-то музей прикладного искусства.

Все эти «китайские домики», «египетские и конфуциевы залы», – в связи с «готической» архитектурой дома и роскошью «аглинскаго» парка с «классическими урнами», указывают на эксцентрический вкус владельца, предвосхитившого те архитектурные идеалы, которые были в большом ходу с средины 19 века. Эта эпоха эклектизма допускала во внутренних отделках зданий часто совсем недопустимые соседства, где находилось место чуть не для всех стилей. Безразличное отношение к античному классицизму, создавшееся благодаря увлечению романтизмом, отводило ему второстепенное место, и часто заменялось более отвечающим духу времени ренессансом, не столь грандиозным и более нарядным и уютным.

Запустевшая и заглохшая Ивайтенская усадьба когда-то оживлялась шумной жизнью. Владелец усадьбы, генерал-майор граф Михаил Васильевич Гудович, был современником графа П.В.Завадовского, владельца Ляличей, и фельдмаршала графа К. Г. Разумовского и был с последним в родстве. Он часто наезжал к фельдмаршалу в Батурин и находился там в день его смерти. Старая подруга фельдмаршала, графиня София Осиповна Апраксина, особенно благоволила к гр. Гудовичу, повидимому, имевшему, благодаря этому, большое влияние на образ жизни добродушного и бесхарактерного фельдмаршала.

В Ивайтенской усадьбе мало художественного, и её запущенность переносится легко. К ней как-то идет окружаюшая ее лесная глушь, этот сумрачный дух прошлого, – дух забывчатости, где еще носится и живет тихое веяние минувшей безвозвратно жизни.

Джерело: Горностаев Ф.Ф. Дворцы и церкви Юга. – М.: Образование, 1914 г., с. 81 – 83.