Початкова сторінка

Прадідівська слава

Українські пам’ятки

Здобудеш Українську державу або згинеш у боротьбі за неї!

Богдан Хмельницький

?

2008 г. Иваны, родства не помнящие

Олег Константинов, обозреватель ТРК «Круг»

Дата: 21.04.2008

На козацькому кургані

Православний хрест стоїть.

Там у вічному дозорі

Під курганом воїн спить.

14 октября православные всего мира отмечали Покров Пресвятой Богородицы. Для украинцев это еще и государственный праздник – День казачества. Казаки в Украине – больше, чем история. Это национальный символ, государственная идея, чуть ли не религия. О том, что мы – потомки казаков – говорят все: чиновники, журналисты, школьные учителя. Однако красивые слова, увы, почему-то не дополняются конкретными делами по сбережению культурного и исторического наследия той эпохи.

При попустительстве местных властей в селе Усатово Беляевского района Одесской области систематически разрушаются старинные казачьи захоронения XVIII-XIX веков. Областная администрация заявляет о том, что могилы первых колонистов причерноморской степи не находятся под охраной государства. Единственными, кто вступился за память предков, оказались современные казаки из общественной организации «Черноморское гайдамацкое соединение». Они развернули целую кампанию по спасению уникальных памятников истории и археологии нашего региона.

Казацкая старина

Побывав хоть раз в степях северо-западного Причерноморья, обязательно хочется сюда вернуться. Потрясающие пейзажи, мягкий климат, добрые и отзывчивые люди, – все это неизменно привлекает путешественников. Но главное, конечно, – богатая история края. Шутка ли – первый человек появился в степях Буджака несколько десятков тысяч лет назад!..

Древние греки, скифы, сарматы, аланы, анты, гунны, печенеги, половцы, казаки-запорожцы, генуэзцы, турки, ногайцы, – кто здесь только не жил на протяжении тысячелетий. Да и сейчас на благословенной причерноморской земле обитают представители 133 национальностей! Кстати, вопреки бытующему мнению, наши соплеменники – украинцы и русские – начали селиться здесь задолго до присоединения края к Российской империи.

Одними из первых, еще в 70-е годы XVIII столетия, северо-западное Причерноморье колонизировали жители правобережных губерний Украины и запорожские казаки. Во многом переселению способствовала политика турецких властей, которые остро нуждались в дешевой рабочей силе. Колонизаторы основали на территории нынешней Одесской области ряд поселений. Большинство из них сохранилось до сих пор – Усатово, Нерубайское, Староказачье, Лиманское, Петровка, Котловина и другие.

И сейчас, побродив по окраинам украинских сел Одесщины, можно найти следы того времени. То старинный колодец попадется – его местные жители так и называют «казацким», – то покосившаяся церквушка, которой даже на вид лет двести, не меньше. Ну, и, конечно, «казацкие» кладбища со знаменитыми каменными «хрестами».

Говорят, человек остается живым до тех пор, пока жива в сердцах других память о нем. Если это так, то усопшим два с лишним века назад нерубайским поселенцам, несомненно повезло. Усатовская пенсионерка Екатерина Петровна Ильина ухаживает за могилами своих далеких предков уже 12 лет. Приходит сюда каждое воскресенье – кладет свежие цветы, убирает случайный сор. На вопрос, зачем ей это нужно, старушка скромно отвечает:

– А кто тогда за могилками присмотрит, если не я? Государство что ль? Никому сейчас это не нужно. А ведь тут похоронены люди.

Кстати, сама Екатерина Петровна – потомок старинного казацкого рода. Ее прадед был сотником кубанского войска – статный мужчины при «Георгии» и золотых погонах, чей портрет до сих пор украшает одну из стен домика Ильиной.

– Казаки были настоящими патриотами, хранителями родной земли, – рассказывает Екатерина Петровна, – Даже царь их к себе приблизил – из казаков состоял один из гвардейских полков. Сейчас таких нет, к сожалению.

Каково же было негодование женщины, когда, придя несколько лет назад на кладбище, она обнаружила, что несколько могил разорены, а на их месте – современные захоронения.

– Это было ужасно, – возмущается пенсионерка, – вандалы разбили несколько драгоценных крестов, разрыли могилы, а кости выбросили на близлежащую свалку. К кому я только не бегала – в милицию, к председателю сельсовета, в Одессу ездила – все только пожимали плечами и крутили пальцем у виска.

«На козацькому кургані православний хрест стоїть»

Тут сделаем маленькое отступление и расскажем о том, чем же, собственно, так дороги сердцу любителя старины казачьи «цвинтары». Весьма, скажу вам, интересное занятие – изучать надписи на каменных крестах. Некоторые лаконично сообщают о том, что некий «козак» «помер на 96 год». Другие многословнее: «… Раба Божіа… висковаго товарища ЖЕНА Анна… Самойлоскаго… рока 1833…»

А вот эта и вовсе – настоящий исторический источник: «Зде: погребено мужъ: и жена. Иностранцы католицкаго закона французы Iоанъ i Елисавета по фамилии Катле. 1784 года декабря 9 дня».

– Именно в надмогильных сооружениях есть информация, которой не найдешь в архивах, – рассказал “Кругу” декан исторического факультета Одесского национального университета, кандидат исторических наук Вячеслав Кушнир, – Изучая эти памятники, можно почерпнуть сведения о волнах колонизации, этническом и социальном составе переселенцев, многом другом. К примеру, сам факт наличия каменного креста над могилой говорит о статусе того, кто в ней захоронен. Стоимость одного такого памятника в XVIII веке превышала двадцать рублей, что равнялось годовому жалованию куренного атамана Черноморского войска. То есть, позволить себе такое надгробие мог далеко не каждый.

Между тем, каменный крест не только обязательный атрибут погребения и исторический источник. Это еще и произведение искусства. Даже на одном кладбище редко встретишь два похожих надгробия – что уж говорить о разных регионах. Скажем, в Усатово можно увидеть кресты нескольких типов: греческого, расширенного, мальтийского, лучевого, круглого, трехлистного. Чуть реже встречаются шестиконечные и восьмиконечные кресты.

В основании некоторых изваяний вырезан полукруг в виде полумесяца. По мнению исследователей, это символ того, что христианство прибыло на Русь с востока, из Византии.

– На Юге мы фиксируем наибольшее разнообразие форм каменных надгробий, – говорит Вячеслав Кушнир, – В Приднепровье, к примеру, кресты куда скромнее, непритязательнее. Очевидно, это объясняется тем, что среди пришлого населения черноморской степи было больше искусных резчиков. Кроме того, здесь наличествуют большие запасы строительного материала.

Иваны, не помнящие родства

Впрочем, это все лирика. Печальная проза жизни в другом. Как утверждают специалисты, до 70% кладбищ XVIII-XIX веков на территории Одесской области находится в зоне активной хозяйственной деятельности человека. Их оскверняют, растаскивают на стройматериалы, поверх старых могил возникают новые захоронения. Практически полностью уничтожены кладбища немецких колоний Одесщины – Люстдорфа, Ней-Люсторфа, Зельца, Кляйн-Либенталя, Клястица, Бородино.

Из 40 могил старинного кладбища в селе Грибовка Овидиопольского района уцелело не более 5-ти. Остальные разграблены местными жителями. Доходит до сущего кощунства: на старейшем грибовском погребении, прямо под крестом, неизвестные вандалы устроили, простите, сортир!

Но раз вандализм царит повсеместно, почему внимание общественности приковано именно к Усатово? Дело в том, что это село в своем роде уникально. Зажатое на небольшом холмистом пятачке между Хаджибейским лиманом и одесской промзоной оно изобилует «свидетельствами старины глубокой». Церковь Рождества 1822 года, два казачьих кладбища (в т.ч. и одно из самых ранних на территории региона), курган скифо-сарматской эпохи и несколько могильников т.н. Усатовской культуры медного века, – это настоящий рай для археолога и историка! Но не для «иванов, не помнящих родства», которым что храм, что могила, что археологический памятник – «до лампочки» все, кроме собственного кармана и желудка.

Надо сказать, на главном кладбище Усатово мы застали более-менее пристойную картину. Возвышающийся в центре комплекса скифский курган находится под государственной охраной, а за частью памятников ухаживают родственники погребенных. Встречаются даже целые родовые мемориалы – группы современных и старинных могил, обнесенных одной оградкой.

В середине 90-х комплекс казачьих погребений был отреставрирован и огорожен межевыми знаками. Деньги на это благое дело по просьбе одесского мэра Эдуарда Гурвица выделили бизнесмены города. Увы, на том забота властей о старине и закончилась. Сегодня большая часть каменных крестов остается без присмотра. Администрация кладбища закрывает глаза на то, что, роя новые могилы, рабочие частенько разоряют древние. Уникальные произведения искусства разбиваются и выбрасываются на свалку, туда же идут и… человеческие кости.

– У меня просто не было слов, когда я увидел все это, – говорит краевой атаман Черноморского гайдамацкого соединения, в прошлом археолог, Сергей Гоцуляк, – Честно говоря, мы не ожидали такого варварства от потомков казаков.

Впрочем, то, что творится на главном кладбище – это еще цветочки. Ягодки нас ждали на более древнем, северном, комплексе погребений. Здесь уничтожено уже около половины казацких могил. Нередко остатки крестов и надгробий используются для сооружения оградок и современных памятников, а то, что недокрушили кладбищенские работники, потихоньку растаскивают «на хозяйство» местные жители – в основном обосновавшиеся неподалеку цыгане.

Но кто несет ответственность за все это? За разъяснениями мы отправились в сельский совет, который и ведает обоими усатовскими кладбищами. К сожалению, сельский голова Юрий Маковейчук на наш вопрос ответить не смог. Якобы, ни о каком вандализме он слыхом не слыхивал. Правда, заявил чиновник, даже если все, о чем мы говорили, и правда, сделать он ничего не может – кресты не охраняются государством. Одним словом, круши да ломай – за это не сажают!

Несколько шокированные такой откровенностью со стороны должностного лица местного самоуправления, мы отправились в облуправление охраны памятников культурного наследия. И здесь нас буквально огорошили. Оказывается, с точки зрения закона усатовский руководитель прав! Несмотря на амбициозную правительственную программу сбережения всего, что осталось от казацкой старины (в том числе и могил), ни одно кладбище XVIII-XIX веков в Одесской области до сих пор не получило статуса памятника истории и археологии!

– Внесение в общенациональный реестр памятников очень трудоемкое дело, – говорит начальник «охранного» управления Наталья Штербуль. – Необходимо детально описать каждый памятник, его месторасположение, указать датировку, примерную стоимость объекта. Кроме того, если до 2000 года придать статус памятника можно было на областном уровне, то сейчас, поскольку реестр общегосударственный, для этого необходимо пройти несколько инстанций, в том числе в столице.

Сначала представление рассматривается и утверждается областной государственной администрацией, потом оно проходит экспертизу в Министерстве культуры, потом его рассматривает научно-методический совет Минкульта. Если речь идет о памятнике местного значения необходим приказ министра культуры и туризма, если о национальном – постановление Кабмина.

На всю эту волокиту, сетует Наталья Штербуль, у управления нет ни сил ни средств. Максимум, на что до недавнего времени хватало тех, кто призван охранять культурное наследие, – это на финансирование изысканий в сфере казацкой археологии. В 2004-2005-м годах на государственные средства арехологи выявили и описали 350 каменных крестов. Капля в море!

Правда, после сигналов, поступивших от общественности, в частности заявления Черноморского гайдамацкого соединения, кое-какие меры все же будут приняты.

– На следующей неделе областное управление охраны разошлет письма всем органам государственной власти и местного самоуправления региона с требованием принять меры для защиты памятников казацкой старины.

Первоначально казацкие кладбища будут регистрироваться как недавно обнаруженные археологические объекты. Это позволит распространить на них действие законодательства об охране памятников культурного наследия. Остается надеяться на то, что сельские головы и руководители госадминистраций дружно возьмутся за дело и дадут вандалам «прикурить». Но, увы, на этот счет есть вполне оправданные сомнения. Почему чиновники облгосадминистрации спохватились только сейчас? Разве раньше казацкие памятники не уничтожались десятками и сотнями? Похоже, мы имеем дело с обычной бюрократической «отмазкой».

Да и в неожиданное просветление сельских голов, прямо скажем, верится с трудом. К примеру, после того, как появилось заявление гайдамаков, знакомый нам усатовский руководитель Юрий Маковейчук сделал любопытное заявление в интервью газете «Сегодня». Дескать, «все рассказы о вандализме на казацких кладбищах – ложь от начала до конца».

Комментарии здесь излишни. Ясно одно – пока историческое наследие не станет объектом заботы государства, «иваны не помнящие родства» будут торжествовать.